С появлением Романа мне стало спокойнее, хотя оскорбления фурии стали всё изощрённее, и уже касались не только меня, но и Романа.

Намочив вафельное полотенце, я приложила его к затылку девочки, чтобы остановить кровь.

Роман же подошёл к кричащей женщине, и тихо ей сказал:
- Ты потеряла меня, а сейчас и дочь потеряешь. И мои алименты на неё тоже. Выметайся, и ключи лизины отдай немедленно.

Визг и крик, наконец, утих.
Кровь у девочки тоже перестала течь, она изучающе смотрела на меня.
- Ты пгавда шалава и пгоститутка? - немного картавя, спросила она.

Меня разобрал нервный смех, если шалава в свой адрес я сегодня слышала, то пгоститутка - было что-то новенькое.

Роман же, вошедший в этот момент в кухню, нежно ей сказал:
- Нет, Лизок, это Евдокия, чудесный настоящий человек.
Комментарии
Комментариев нет
Авторизуйтесь для добавления комментария